суббота, 14 июня 1997 г.

Джон Бон Джови. Полуночный ковбой (18+)

 

Скан Bon Jovi Russia

После всех актёрских работ Джон Бон Джови наконец-то вернулся в рок-н-ролл, только на этот раз он прихватил с собой пару танцевальных приёмов и супермодель, а ещё написал самые личные песни за всю его карьеру. Пол Эллиотт отправляется в Нью-Джерси, чтобы поговорить с «Лидером» о жизни, сексе и смерти…

Лавируя в оживлённом уличном движении, микроавтобус мчится по Нью-Йорку в направлении тоннеля Линкольна и Нью-Джерси, где Джон Бон Джови ждёт прибытия «Kerrang!». Но, как говорит агент ФБР Фокс Малдер, мы не одни.

Журнал «New Woman» тоже берёт интервью у Джона сегодня. Задание поручено Кэти Пакрик – да, той самой, говорливой пухлогубой американке из телека, бывшей звезде телешоу «The Word». Знаете, однажды в прямом эфире Себастьян Бах из группы Skid Row вылил ей на голову пинту пива. Сегодня она здесь для того, чтобы с пристрастием допросить Джона о сексе и сексуальности и, в общем, обо всех тех интимных вещах, которые желают знать «новые женщины».

Кэти хочет ещё разок послушать новый альбом Джона «Destination Anywhere», прежде чем говорить с ним, поэтому она вставляет предрелизную кассету в приёмник и выкручивает громкость. Начинает играть первый трек «Queen Of New Orleans» (Королева Нового Орлеана), полный неряшливого грува и рок-н-рольной гитары. Музыка – свежак, вышла в 1997 году. Тексты близки к развратным намёкам из «Slippery When Wet», и Джон произносит их бархатным рычанием, от которого мисс Пакрик хихикает: «Мммм, похотливый пёс! Несносный парень!»

Да, в 1997 году в Джоне Бон Джови что-то изменилось. Он, конечно, снимается в нескольких фильмах, но это не единственное его занятие. Покорив мир – дважды – честным роком в стиле Bon Jovi, Джон решил рискнуть и записал этот новый сольный альбом, смешав динамику рока с танцевальным грувом, сэмплами и лупами. «Destination Anywhere» – один из самых удивительных рок-релизов этого года; доказательство того, что похотливого пса действительно можно научить новым трюкам.

«Надеюсь, людям понравится, – сказал Джон, когда мы с ним встретились в Джерси. – Особенно аудитории "Kerrang!", ведь за всю мою карьеру именно из неё пришло большинство моих фанов. Надеюсь, это никого не отвратит, потому что я хотел одним махом заново изобрести себя и попробовать что-то новое, а не продолжать клепать заезженное старьё. Некоторые люди так делают и делают это очень хорошо, но для меня этот альбом был о движении дальше, движении вперёд. Посмотрим, что из этого вышло».

«Когда я начинал, я думал о по-настоящему органичном альбоме. И он получился действительно современным, задача была реально захватывающей. Для меня было очень круто пойти в студию и попросить кого-нибудь показать мне новые способы записи вместо того, чтобы я приходил и делал всё сам, как повелось в группе последние несколько лет».

«Destination Anywhere» (Направление: повсюду) – подходящее название. Первые три песни: «Queen Of New Orleans» (Королева Нового Орлеана), «Janie Don’t Take Your Love To Town» (Джени, не увози любовь с собою в город) и новый сингл «Midnight In Chelsea» (Полночь в Челси) – звучат совершенно по-разному.

«Ну, это хорошо, – улыбается Джон. – Мне это нравится. "Destination Anywhere" – это моя жизнь. Я начал писать заглавную песню в 96-ом, сидя в трейлере в Лондоне, когда снимался в "Лидере". Я реально так себя чувствовал: я в чужой стране, делаю то, в чем абсолютно ничего не смыслю, вот и решил написать об этом песню».

«Я не знаю, что меня ждёт. Я просто путешествую. Я знаю лишь, что не смог бы сейчас сидеть дома. Не знаю, как это делается. Я весь как на иголках просто сидя дома. Мне нужно творить. Я пытался делать музыку для других людей. Не получилось. Ну и хрен с ним».

Когда дело дошло до создания собственного альбома, Джон нашёл двух очень разных персонажей, которые могли поделиться с ним идеями: Дэйва Стюарта, бывшего лидера Eurythmics, поп-дуэта из 80-ых, и Стива Лирони, продюсера альбома «It’s Great When You’re Straight… Yeah!» группы Black Grape.

«Лирони открыл для меня совершенно новую сторону записи музыки», – говорит Джон.

Тебе нравится музыка Black Grape?

«Сейчас – да. Но я довольно долго вообще ничего о них не знал. Потом во время последнего тура Bon Jovi я наткнулся на их запись и подумал: "Ого, что это?". Слушал одним ухом, но ребята из гастрольной команды и из группы приходили и все как один: "Что это, чёрт возьми?". И я прислушался получше.

Мне понравилась их энергия. Так что, я встретился с Лирони, и он мне приглянулся. Я предложил: "Давай сделаем две песни и посмотрим, что получится". Я гонялся за разными продюсерами, пробовал разные вещи. Некоторые из них работали, многие – нет. И я продолжал возвращаться к Стиву и Дэйву. Я собирался сделать со Стивом две песни, а получилось восемь».

Дэйв Стюарт имеет репутацию безумного чудака. Это так и есть?

«О да! – смеётся Джон. – Именно поэтому с ним так интересно работать. Пока мы записывались, он работал над другой записью в комнате напротив! Этот накал делал весь процесс захватывающим, а сам факт, что я был готов экспериментировать и пробовать что вздумается, был великолепен».

«Если кто-то приходил в студию, Дэйв заставлял их что-нибудь делать. Няня его детей пела в песне «August 7th» (7 августа). Если внимательно прислушаться, то там на фоне завывает девушка. Однажды, когда меня там не было, Хелена Кристенсен зашла проведать Дэйва и в итоге спела песню «Every Word Was A Piece Of My Heart» (Каждое слово было частью моего сердца). При всей эксцентричности Дэйва и моей тупой сосредоточенности мы встретились посередине. Я смог расслабиться, а он – натянуть поводья. Это было круто».

Лирони и Стюарт дали Джону новое вдохновение и то же сделала музыка, которую он слышал по британскому радио, когда в прошлом году был в Лондоне.

«Английское радио сильно отличается от американского, – говорит он. – Если бы я слушал рок-радио в Нью-Йорке, скорее всего, я бы сделал альбом, звучащий как Bush или Live. Но в Лондоне радио и MTV совсем не однотипны. В Штатах я никогда бы не услышал Manic Street Preachers. Или Black Grape, или Pulp, или Blur, ничего такого. Только Oasis крутят за океаном. Так что, это сильно повлияло на меня».

Та песня Manic Street Preachers "A Design For Life" (Проект жизни) - охренительная! Я играл её для группы раз 50. Обожаю эту песню. То же самое было, когда я услышал "Common People" (Простые люди) группы Pulp. Это отличная песня, захватывающая. Когда ты слышишь такое – то, что не услышишь в Америке, – это меняет твой стиль».

«Destination Anywhere» – это самая личная музыка из всего, что ты сочинял?

«Возможно, – кивает Джон, тушит сигарету "Мальборо Лайт" и сразу зажигает другую. – Когда мы с Ричи (Самборой, гитаристом Bon Jovi) работаем вместе, музыка становится нашим голосом. Даже когда я пишу материал сам, группа накладывает свой отпечаток на песню, поэтому она превращается в нечто большее, чем я изначально намеревался написать. А в этом альбоме было приятно увидеть мою точку зрения, а не нашу».

«Midnight in Chelsea» написана о людях, которых ты видел на улицах Лондона во время съёмок «Лидера». А как насчёт других песен в альбоме, они тоже взяты из личного опыта?

«Большинство из них – да. Когда я делал альбом "Young Guns II" (Новички II, саундтрек к вестерну, в который вошёл сольный хит Джона "Blaze Of Glory" (Ореол славы)), я клялся, что тексты полностью посвящены персонажу Билли Кида. Но на самом деле это было на 50% о Билли Киде и на 50% обо мне. Внушительная часть альбома была о том, что я чувствовал в то время, о проблемах, с которыми столкнулась группа; но я всё ещё мог спрятаться за тем фактом, что это был Билли Кид».

«В этом альбоме везде я: в восторженном молодом парне из "Midnight in Chelsea" или в честном "к чёрту всё это" из "Every Word Was A Piece Of My Heart", или в глубокой боли из "August 7th"».

Слова последней песни самые тяжёлые из тех, что когда-либо писал Джон Бон Джови. 7 августа 1996 года была убита шестилетняя дочь его менеджера Пола Корзиллиуса.

«Это было худшее событие в моей жизни, – вздыхает Джон, затягиваясь сигаретой. –Каждый раз, когда у меня кто-то умирал, это были люди, прожившие полноценную жизнь: мой тесть в этом году, моя бабушка в прошлом году. Можно было почти радоваться мысли, что у них была прекрасная жизнь и они были готовы двигаться дальше.

Но когда у тебя забирают шестилетнего ребёнка, ты просто вне себя, и единственным способом выразить чувства после оплакивания потери для меня было написание этой песни. Я долго собирался, прежде чем сыграть её для Пола. Я играл её нескольким людям, немногим. Я хотел сделать её и узнать, что о ней думает Пол. Я даже не думал, что включу её в альбом, но знал, что должен написать эту песню.

Когда я закончил её, то почувствовал, что в ней схвачены нужные эмоции, и, в конце концов, я сыграл её для него. Я дал ему кассету, чтобы он послушал в одиночестве. Позже он и его жена позвонили мне и сказали, что, если песня войдёт в альбом, это будет хорошей данью памяти для их дочери».

В этой песне есть строчка, где ты говоришь о том, что Бог закрывает глаза и мир становится холодным. Ты веришь в Бога?

«Я верю, да, но эта вера, безусловно, подвергается испытанию, когда происходят такие вещи. Невозможно понять, как такое могло случиться, и я могу объяснить это лишь тем, что Бог закрыл глаза. Не знаю, смог ли бы я оправиться после чего-то подобного. И я не знаю, оправится ли Пол, и сумел ли бы я держаться так же хорошо, как он. Поверьте, всё то время я вдвое крепче обнимал своих детей».

Джон встаёт с места и смотрит в сторону океана, поднимая руку, чтобы защитить глаза от яркого полуденного солнца. Сегодня прекрасный день в Нью-Джерси. Лето, как говорится, в самом разгаре. Мимо проезжает фургон с мороженым, дети играют в мяч на улице. Сам будучи мальчиком из Джерси, Джон в этом тихом приморском городке буквально как дома.

«В такие летние дни, когда приезжаешь в прибрежный городок, возникает определённое чувство; ты ощущаешь, как разбиваются волны, как люди снова выходят на крыльцо своих домов. Самое лучшее чувство, потому что я вырос среди всего этого. Это делает меня счастливым», – говорит он.

«А ещё это самое тёмное и унылое место зимой, – усмехается он. – Паршивое и промозглое, потому что на воде ещё холоднее. Но это твой дом».

У Джона есть квартира в Нью-Йорке. После Лондона он распробовал вкус к жизни в большом городе.

«Нью-Йорк пылает, – говорит он оживлённо. – Я купил там квартиру, чтобы попытаться поймать тот заряд энергии, который получил в Лондоне. Я влюбился в Лондон. Я там по-настоящему никогда не жил. Я бывал в Лондоне раз 20-30, но всего по неделе или по три дня. Поэтому прожить там три месяца – это совсем другое».

«Моя квартира в Нью-Йорке находится на окраине города, в Верхнем Вест-Сайде. Это классный район, всё под рукой. Выходишь за порог – там кинотеатр. Кофе, музыка, книги – всё в двух шагах. В Джерси мне нужно ехать 20 минут, чтобы пойти в кино или в супермаркет. В Лондоне и в Нью-Йорке всё рядышком».

«Я купил дом в Лос-Анджелесе шесть лет назад, а теперь не могу от него избавиться, – стонет он. – Чтобы купить молока, надо проехать больше 10 миль. Это геморрой. Я закончил свою калифорнийскую эру. Попробовал. Не понравилось».

То же самое он думает о работе моделью для недавней рекламы джинсов Versace. Реклама выглядела ужасно, совсем не в стиле рок-н-ролл.

«Это точно, – признаёт Джон. – Но я всегда говорил: "Слушайте, я буду делать разное, но не всё из этого получится". Это было немного странно. Мне не стыдно за картинки. Я для них привёл себя в довольно хорошую форму. Но я не собираюсь делать карьеру в модельном бизнесе».

«Я попробовал. Получил бесплатную сумку, – ухмыляется он, указывая на дорогую кожаную сумку в углу комнаты. – Получил шмотки. Это было моё вознаграждение. Это был крутой опыт. И точка. Не хотел бы зарабатывать этим на жизнь. Это был не самый умный шаг в карьере, который я когда-либо делал, но меня это не смущает».

А смутило ли тебя интервью, которое ты дал для «Лоудед» в прошлом году? То, где ты наклюкался красным вином и начал фантазировать о том, чтобы «кончить на сиськи Мадонны»?

«Что?!» – выпалил он. На его лице даже появился намёк на румянец стыда, когда он потёр подбородок, пытаясь вспомнить статью. «Я не знаю, что я сказал в том журнале. Придётся просмотреть его».

«Кончить на сиськи Мадонны? – он призадумался. – Не знаю точно, что я там наговорил, но, блин, неплохая картинка, да?»

 

Источник: Журнал «Керранг!», 14 июня 1997 г. (Джон Бон Джови на обложке)

 

Перевод на русский язык выполнен агентством переводов «Лингвиста» специально для Bon Jovi Russia

 

Читайте также: Вымой рот с мылом (18+)

 

Скан Bon Jovi Russia

 
Скан Bon Jovi Russia

Скан Bon Jovi Russia

Скан Bon Jovi Russia

 

 

Приятного аппетита. Интервью с Кэти Пакрик (упомянуто выше)  
(18+)

 

Скан Bon Jovi Russia


Оказавшись в трейлере с самым сексуальным и практически раздетым богом рока, популярная телеведущая Кэти Пакрик не может поверить, что забыла свою шоколадную краску для тела.

«Это он?»

«Я не знаю, у него очень короткая стрижка».

«Всё равно возьми у него автограф!»

Молодые мамочки с Рокуэй Бич так глазеют на Джона Бон Джови, который крутится возле уличного указателя, что не замечают угрозы столкновения своих колясок. Джон бросает угрожающе мрачные взгляды на фотографа, который угодливо щёлкает затвором. Мамаши из Куинса в джинсах-резинках восхищаются его глянцевым очарованием. Таращась на него, они трудолюбивыми руками приглаживают растрёпанные волосы и смахивают засохшие детские слюни. В конце концов, не каждый день встречаешь рок-звезду у себя на районе.

Только вот сегодня Джон не рок-звезда. Он – кинозвезда, которая снимается в своей пятой картине «Long Time, Nothing New» («Давно ничего нового») (фильм вышел под названием «No Looking Back» («Не оглядываясь назад» – прим. Bon Jovi Russia) от режиссёра фильма «She’s The One» («Она единственная») Эда Бёрнса. В этом кино Джон играет обычного работягу, которого бросает подружка (её роль исполняет Лорен Холли). Ей наскучил их небольшой городишко, и она отправляется в большой мегаполис. Сегодня мы находимся на съёмочной площадке на захудалой прибрежной окраине Нью-Йорка.

Пока Джон приводит в восторг местных жителей и строит недовольные гримасы фотографам, я решаю пробраться в его трейлер. Но сначала мне нужно пройти мимо доктора Стива, рослого тренера-хиропрактика, работа которого заключается в манипуляциях с чакрами Джона Бон Джови и потоками его энергии Ци. Похоже, Джон – большой любитель акупрессуры, массажа энергетически активных точек. Доктор Стив говорит, что уже неделю болтается без дела – звезде лечиться некогда.

Судя по всему, Джон занят всегда. Прежде чем начать работу над этим фильмом, он на три месяца увёз свою жену Доротею и детей в пригород Лондона, Уондсворт, на время съёмок фильма «Лидер» (в прокате с августа). Одновременно он сочинил и записал свой второй сольный альбом «Destination Anywhere», а потом сразу же вернулся в родной Нью-Джерси, чтобы начать работу над фильмом «Давно ничего нового».

Итак, вернёмся к трейлеру, который, как и его нынешний обитатель, оказался несколько меньше, чем я ожидала. Здесь не хватит места, чтобы выполнить даже самый скромный прыжок в шпагате. Из личных вещей только чёрные панорамные солнечные очки, чёрные электронные часы и пара чёрных замшевых сапог с острыми носами и восьмисантиметровым кубинским каблуком. Вот это я понимаю, базовый набор рок-звезды.

Меня обрывает на полуслове сам капитан корабля. Пока Джон церемонно протягивает руку для рукопожатия, я составляю полный список отличительных черт его образа: превосходное телосложение, белоснежные зубы, безупречный загар и просто шикарные волосы. На нём одежда персонажа из фильма: облегающий серый свитер, облегающие зелёные рабочие брюки и массивные коричневые ботинки. Ботинки, наверное, тоже облегают, но для меня это не так уж важно.

Джентльмен из Нью-Джерси садится в паре сантиметров от меня и закуривает «Мальборо Лайтс», первую из многих.

 

New Woman – британский женский журнал пикантного содержания, публикующий откровенные статьи о том, как сделать мужчину своим рабом.
Значит, не того парня выбрали. К слову о пикантном, мисс Розовый-Лифчик-Просвечивающий-Из-Под-Кофты. [Джон явно оценил прозрачность моей коричневой кружевной блузки].

Стараюсь, как могу.

Мне нравится.

Я просто работаю с бюстгальтером на виду.

Так можно работать. Мне очень нравится. [Джон поправляет свои обтягивающие зелёные брюки, чтобы было удобнее].

Кстати, у меня есть подарок, который будет напоминать Вам о Британии. [Протягиваю ему баночку Мармайта] Это Вам.

[В ужасе] НЕНАВИЖУ эту штуку! НЕНАВИЖУ эту штуку! Это просто дрянь! Обмажь им свою машину. Смажь им колёса. Это просто... фу.

[Успокаивающе] Всё в порядке, Джон...

[Поднимается и осматривает одежду для фотосессии, висящую на стене.] Надо бы примерить вот эти. Хорошие брюки. У меня такой одежды нет, они просто дают мне её поносить для фотосессий.

Это замшевые брюки?

Да. Отлично смотрятся. Возможно, им придётся уйти домой на мне.

Что Вы делаете, чтобы настроиться на нужный лад в студии звукозаписи? В моём представлении Вы наливаете себе в штаны горячий заварной крем для такого страстного вокала, или что-то вроде того.

Всё тебе расскажи.

[Джон обескураженно начинает снимать свой свитер]

Ну, знаете, британцы славятся своими извращёнными странностями, например, занимаются сексом с завязанными глазами и апельсинами во рту.

У меня оральная фиксация, так что я знаю, что с апельсином во рту ничего эротичного сделать не получится.

[Теперь Джон во всей красе демонстрирует передо мной свой накаченный торс.]

В таком случае Вы могли бы насладиться последним британским фетишем – шоколадной краской для тела.

Звучит интригующе.

Это значит, что Вас можно ею соблазнить?

Ага, я бы заценил. У тебя есть?

[Мысленно ругаю себя за то, что принесла Мармайт вместо шоколадной краски]

Становится ли с годами скучно пробовать новое в сексе?

Новое в сексе? Нет, думаю, это увлекательно, если ты можешь найти подходящего партнёра. Я максимально открыт для подобных экспериментов. Вообще, если бы я пришёл домой, и моя жена захотела бы попробовать что-нибудь эдакое, я бы согласился.

[В этот момент Джон заскакивает в уборную, чтобы переодеться в замшевые брюки.]

Значит, Вы любитель открытий в плане секса?

[Я вынуждена прокричать это через дверь туалета, поэтому чувствую себя какой-то извращенкой. Слышу, как бренчит пряжка на ремне его брюк, и решаю подсмотреть в замочную скважину.]

Я люблю секс, очень люблю. Ну, а в плане открытий я настоящий Христофор Колумб.

[Внезапно дверь туалета распахивается, и на Джоне нет ничего, кроме его новых замшевых штанов. Впечатляющее зрелище, стараюсь дышать глубже.]

Как тебе?

Хорошо смотрятся. Правда, слегка мешковаты. Вас это не беспокоит?

Не-а. Так остаётся больше места, чтобы контролировать обстановку.

Или налить немного горячего заварного крема.

Или налить горячего заварного крема.

Как Вы относитесь к эротическим сценам?

Абсолютно нормально. В них нет ничего особенного. Так или иначе, у меня там как у второклассника. [В это трудновато поверить, поскольку «обстановка» в замшевых штанах Джона даже близко не напоминает семилетнего ребёнка.] (Прим. Bon Jovi Russia: Джон сказал буквально следующее: «I'm hung like a second grader». Согласно словарю жаргонных выражений, «hung like a baby» означает, что ваш член равен вашему росту и весу, когда вы родились)

Это правда, что люди, с которыми Вы работаете, зовут Вас Элвисом?

Да.

Почему? Вы раздаёте «Кадиллаки»?

Да.

Можно мне один?

Конечно. За эти годы я купил много машин, домов и всякого-разного для людей.

Я люблю розовый цвет.

[Указываю на свой проглядывающий бюстгальтер]

Я вижу.

Да, точно. Можно было и не говорить.

[Ловлю его хитрый взгляд] А низ у тебя соответствует верху?

Нет, мне всё равно, что внизу. Я не люблю отрывать свой зад от верха. [Джон начинает медленно аплодировать] Я заслужила аплодисменты за это?

Я это ценю. А вот колготки твои оставляют желать лучшего. Чулки – это классно, а колготки крайне несексуальны. Когда снимаешь юбку, а колготки всё ещё на тебе, это выглядит непривлекательно... ну, знаешь, эта маленькая дышащая штука посередине? [Надеюсь, он имеет в виду ластовицу]

Ну, зависит от того, кто дышит.

Нее, как-то нелепо. Я не любитель колготок.

Ладно. Я постараюсь учесть это к нашей следующей встрече. [Пытаюсь вернуться к вопросу об Элвисе] Вы ассоциируете себя с Элвисом?

Ну да, у меня много общего с Элвисом. Мне очень нравился его стиль пения, он был очень преданным – потом немного сбился с пути, но в целом он был отличным парнем. Очень жаль…

...что ему пришлось уйти вот так...

...в 42.

Что Вы собираетесь делать, когда Вам исполнится 42?

Надеюсь, то же самое.

Откинуться в туалете, что ли?

Нет, не то же самое, что Элвис; я имею в виду то же самое, что делаю сейчас – записывать альбомы, сниматься в фильмах.

Насколько Вы близки к скучным делам реальной жизни, типа оплаты счетов? Есть вероятность встретить Вас в аптеке выбирающим любимый дезодорант?

Конечно. Не думай, будто каждый день я просыпаюсь и бегаю вокруг церкви, приговаривая: «Спасибо – не знаю, чем я всё это заслужил». Я не хожу в церковь, но иногда пробегаю мимо. Разумеется, я хожу в аптеку, а как иначе.

Своей новой короткой стрижкой Вы сегодня привели в замешательство местных мамаш. Возможно, в будущем мы увидим новый лук в стиле «скинхед»?

Я этого не боюсь. [Для этого фильма] мне говорят: «Подстригись, похудей», а я говорю: «Не вопрос».

А почему Вы изначально подстригли волосы? Их затянуло в студийный вентилятор на съёмках клипа?

[Нетерпеливо] Нет, нет. Пришло время перемен, вот и подстриг.

Если бы не музыкальная и кинокарьера, ради которых всегда нужно выглядеть идеальным, Вы были бы пухленьким?

Ну, я не сижу на макробиотической диете – смотри [показывает на корзинку с закусками на столе]. У меня там батончики «Сникерс». Мне правда нравится тренироваться, и я заядлый бегун. Сказать по правде, для меня это способ снять напряжение, я занимаюсь только по этой причине. Я снимался в фильме, где мне пришлось набрать 5 кг и сделать армейскую стрижку, это было забавно. Пить каждый день и есть жирную пищу очень весело. Вообще-то, во мне ещё осталось кое-что от вчерашней бутылки вина.

У Вас есть какие-нибудь действенные рецепты от похмелья?

Иглоукалывание может убрать похмелье.

Куда нужно воткнуть иголку?

В палец на ноге. Хочешь верь, а хочешь нет: втыкаешь туда маленькую иголку – и твоя печень «в ударе».

[Джон достает яблоко из корзинки и начинает рассеянно тереть его о своё упругое мускулистое бедро длинными, неторопливыми движениями. Вверх по бедру, вниз по бедру... вверх... вниз... везёт же яблоку!]

Давайте поговорим о Вашем фильме «Давно ничего нового». Как Вы получили эту роль?

Эдди [Эд Бёрнс, режиссёр] прислал мне сценарий. Изначально должны были снимать в Эсбёри Парке, поэтому я ухватился за идею съёмок, во время которых смогу спать в своей собственной постели. Но потом мы переехали сюда, в Фар-Рокуэй.

Вы играете только те роли, которые Вам действительно интересны?

Ну, я делаю это не ради денег или роскошного жилья [осматривает свой малюсенький трейлер и смеётся]. Мне нравятся фильмы с интересными диалогами, а не те, что просто приносят деньги. Я гораздо больше заинтересован в оригинальных сценариях, оглушительный успех не так важен.

Когда Вы только начали брать уроки актёрского мастерства в 1991 году, Вы могли представить, что будете сниматься в больших голливудских фильмах?

Нет, совсем нет. У меня никогда не было намерения попасть в кино, но меня мотивировала музыка, которую я написал для фильма «Молодые стрелки». Следующее, что я помню, это как я получаю «Золотой глобус», как меня номинируют на «Оскар» и как я выступаю на церемонии вручения премии Американской киноакадемии. Я смотрю в зал и говорю: «Неплохо». И мне захотелось это повторить. Я загорелся этим. [Джон наконец заканчивает полировать яблоко и кусает его]

Вы, наверное, чувствуете себя настоящим богом рока, когда выходите на сцену. А когда появляетесь на съёмочной площадке, ощущаете ли себя простофилей-новичком?

Да, в некоторой степени. «Destination Anywhere» – мой девятый альбом, и несмотря на то, что сесть и написать новую партию песен – очень волнующе, я знаю весь процесс. Я умею записывать альбомы и гастролировать. Но проблема в том, что это всё, что я умел делать. Так что, идея начать с чистого листа в новой сфере меня действительно привлекла.

Ваш первый сингл с альбома называется «Midnight In Chelsea» («Полночь в Челси»). Что именно Вы делали в Челси ночью? Прятались от пьяных тусовщиц и пытались найти бар, который ещё работает?

Ага, типа того. На самом деле, жизнь в Лондоне изменила для меня всё. Она заставила меня снова почувствовать себя ребёнком. Я любил Лондон и получил место в Нью-Йорке после всех этих лет жизни в Нью-Джерси просто потому, что хотел снова ощутить всю эту энергию.

Кстати о доме, почему бы Вам немного не обустроить свой трейлер?

Он обустроен!

Здесь не хватает какой-нибудь ароматической смеси.

Я похож на парня, который увлекается ароматерапией?

А какой Вы парень?

Вот тут у меня шоколадки, в шкафу гантели, а ещё есть стереосистема…

Что Вы слушаете?

[Заходит костюмер с одеждой для следующей сцены. «Барбара Стрейзанд»]

[Саркастично] Ага, Стрейзанд, ну, знаешь, медитативная музыка, кабаре... такой вот я, культурный мерзавец.

Что ж, мне понравилось, как ты раздевался передо мной, Джон.

Буду рад устроить для тебя шоу в любое время.

Спасибо, уже устроил.


Источник: британский журнал «New Woman», июль 1997

Перевод на русский язык выполнен агентством переводов «Лингвиста» специально для Bon Jovi Russia 

 
Фильм «Не оглядываясь назад» (с переводом на русский):